"За кулисами Уолл-Стрит" Л. Ливи, Ю. Линден.

• скачать • назад

Почему происходят биржевые кризисы? Стоит ли следовать рекомендациям биржевых аналитиков? Отчего падает курс доллара? На эти и многие другие вопросы отвечает известный американский финансист Леон Ливи. Книга дает прекрасное представление о финансовом мире США последних пятидесяти лет.

УОЛЛ-СТРИТ МОЖНО обвинить во множестве бед. В начале 1990-х годов биржевики всколыхнули человеческое воображение мечтами о богатстве. Они заставили абсолютно здравомыслящих людей заниматься спекулятивными операциями невиданного размаха. В течение всего этого времени биржа Уолл-Стрит создавала возможность для бухгалтерских махинаций, способствовала превращению биржевых аналитиков в мелких жуликов, потакала и подстрекала махинации самых худших и недостойных представителей американского бизнеса. Но, наверное, наиболее непростительным и чудовищным се грехом стала порожденная ею лавина плохих книг, написанных занудными инвесторами-миллиардерами, пытающимися "нести в массы" свои банальные размышления и выставляющими напоказ подробности своих "триумфов".

Насколько мне известно, никакая наука не исследовала феномен возникновения такого чрезвычайного количества по-настоящему ужасных книг, написанных людьми, которые, кроме способности накапливать громадные суммы денег, отличаются в первую очередь непомерным самомнением. Какими бы достоинствами не обладали авторы этих книг (а все они, несомненно, обладают некими достоинствами), среди их качеств нет места умению логично и ясно излагать свои мысли. Многие из этих писателей стали живым доказательством того, что малограмотность не только живет, но и процветает.

Значит, еще одна плохая книга не нужна сейчас никому, это уж точно, особенно еще одна плохая книга об инвестициях. Таких творений предостаточно, чтобы удовлетворить самый извращенный вкус, и с каждым днем их количество растет.

Если такое начало предисловия к книге "За кулисами Уолл-Стрит" и такое представление ее замечательного автора, Леона Ливи, кажутся необычными, я отвечу: да, это действительно необычно. Ведь вся привлекательность данной книги обусловлена прежде всего тем, что она разительно отличается от заурядных потуг полуграмотных писак с Уолл-Стрит. На этом фоне Леон Ливи представляется совершенно непохожим па обычного успешного инвестора-профессионала.

Эта книга объединяет в себе и воспоминания неутомимо любознательного и необычайно проницательного наблюдателя, и тонкое практическое руководство по инвестициям профессионала высокого класса, и исследование человеческой психологии — одной из главных движущих и потрясающих рынки сил. Книга очень далека от сухих научных трактатов. Более того, в ней живо чувствуешь образ ее автора, так любящего неожиданно менять тему, без тени надменности блистать интеллектом и остроумием. Вдобавок вся книга проникнута пикантными историями из жизни известных финансистов этой бурной и необыкновенной эпохи, а также из жизни великих финансистов - "злодееи" (здесь я рискую быть уж слишком многословным). За многими из этих персонажей Леон имел возможность наблюдать вблизи, и немало с кем ему приходилось вступать в "рукопашный" бой.

Сейчас особенно модно говорить о "прозрачности", "открытости", и в целях полной ясности я могу привести некоторые подробности своих личных взаимоотношений с Леоном Ливи. Мы с Леоном знакомы еще со времени учебы в старших классах школы и в колледже. Качества, делающие его настолько ярким представителем рода человеческого, — сердечность и щедрость, глубокий ум, чудесный ироничный юмор, неувядающее любопытство ко всему в этом мире, привычка смотреть на вещи нетрадиционно и видеть саму суть явлений. Все эти качества делают его повествование живым и занимательным. Мне кажется, что человек начинает формироваться еще в ранней юности, и почти все из перечисленных качеств были заметны уже тогда, когда шестьдесят лет назад мы вместе были старшеклассниками школы Тауисенд Харрис. Особенной чертой характера Леона была его некоторая отрешенность, о которой он упоминает в книге как о "качестве, которое большинство людей называет рассеянностью". Он ненавязчиво настаивает, что он совсем не был рассеянным, просто "думал о других вещах".

Леон — храбрый парень, о чем свидетельствует выбранное им название книги. Вот пример откровенности, достойной подражания! В присущем ему стиле он дает упреждающий ответ для острословов, которые, несомненно, прокомментируют соседство в одном названии слов "разум" и "Уолл-Стрит". Леон сразу же объясняет, что именно он — тот специалист, который может исследовать разум Уолл-Стрит благодаря тому, что в колледже получил высший балл по аномальной психологии.

Описываемые в книге пятьдесят лет были для экономики и для биржи целой эпохой во всех значениях этого слова. Этот отрезок времени, так искусно и живо описанный Леоном, вобрал в себя удивительное разнообразие событий и головокружительных перемен. По эпохальное событие, ставшее знаковым для полувековой истории, свершилось накануне начала повествования. Речь идет о периоде, когда порожденная Великой депрессией психология, сковавшая развитие и экономики, и биржи, окончательно отошла в прошлое.

Последовавшие десятилетия были в равной мере отмечены и инновациями, и чрезмерным потреблением, и бурным развитием, и внезапными сокрушительными спадами. Для финансистов, как и для всего поколения, 1960-е годы были периодом потрясений. Десятилетие началось и закончилось спекулятивной лихорадкой, приведшей к краху финансового рынка. Во многих отношениях 1960-е годы стали генеральной репетицией второй половины 1990-х: то же превозношение менеджеров-финансистов в качестве современных героев, обнаружение "капитанами" бизнеса и промышленности возможности использовать бухгалтерские уловки для приумножения своего капитала, непомерное стремление к слияниям с целью создания видимости роста, повальное увлечение первоначальными выпусками акций со всеми вытекающими отсюда печальными последствиями и вирус спекулятивной лихорадки, который попеременно заражал то Уолл-Стрит, то корпоративную Америку.